Объяснение Магов: Ставка на Силу
Ты находишься во сне, который всё же не сон. Любой сон является изменённым состоянием восприятия, но ты не пребываешь в изменённом состоянии восприятия, хотя то, что ты испытываешь сейчас, и кажется тебе сном, дурным сном! Это самый настоящий кошмар, хотя и не сон вовсе, а то, что воины называют безумием сна. Чтобы понять, почему мы говорим о безумии, тебе в первую очередь необходимо взглянуть на свою жизнь в истинном свете. Перепросмотр здесь тебе не поможет, ведь, несмотря на всю свою ценность, перепросмотр касается только смертного тебя - то есть тоналя. Однако сейчас я говорю не о смертном тебе, а о тебе бессмертном, об истинном тебе, нагвале, который воплощается жизнь за жизнью, чтобы развивать своё осознание.
Сколько раз я подчёркивал, что ты не твой тональ, ты, как и каждый из нас, - загадка даже для самого себя. И хотя ты готов частично принять тот факт, что твоя картина мира не может быть единственной существующей реальностью, твой страх отпустить её столь велик, что ты цепляешься за неё всеми доступными средствами, - так как ты никогда и не хотел избавиться от образа самого себя. Твоё отождествление с этим образом настолько сильно, что ты искренне веришь, что этот образ - и есть настоящий ты. Но если это действительно так, то тебе придётся признать: дела твои сейчас весьма плохи! Посмотри на себя! К чему привели все твои усилия в этой жизни? Не много же действительно стоящего я вижу! Как ты себя чувствуешь при этом? Где та соломинка, за которую ты надеешься ухватиться? И что же, по-твоему, происходит с тобой прямо сейчас?
Позволь мне поведать, что ты об этом думаешь. Ты думаешь, что происходящее с тобой сейчас - просто дурной сон, который рано или поздно развеется. А когда это случится, жизнь пойдёт своим привычным чередом, и, так или иначе, тебе удастся сохранить образ себя, и ты всегда будешь оставаться таким, каким привык себя видеть. Иначе говоря, ты всё ещё хочешь иметь жизнь на своих условиях. Но вот в чём ирония: ведь, несмотря на то, что я вечно твердил тебе, что ты не можешь иметь жизнь на своих условиях, ты никогда не задавал мне вопросов по этому поводу, ты никогда не просил пояснить, что же я подразумеваю, говоря «ты». Впрочем, так ты поступал на протяжении всего ученичества, поскольку постоянно мнил себе, что понимаешь мои утверждения. Ты никогда не догадывался, что, утверждая, что мы не можем иметь жизнь на своих условиях, я напрямую указывал на то, что мы не знаем, кто мы и что мы на самом деле, и ещё меньше мы знаем о том, что есть жизнь. Так о каких же условиях может идти речь? Чтобы иметь жизнь на своих условиях, мы должны знать, во-первых, что такое жизнь, а во-вторых, иметь представление о том, кто мы и что мы, - только тогда возможно ставить свои условия. Но ты никогда не понимал этого и потому, охваченный чувством жалости к самому себе, верил, что это утверждение означает, будто все мы марионетки, или хуже того - жертвы какой-то злобной и деспотичной силы, обитающей где-то вовне. И ни разу тебе не пришло в голову поставить под сомнение собственное чувство жалости к самому себе.
Итак, неважно, как часто ты заявлял о своём желании учиться, как яро твердил о своём стремлении измениться. Тот факт, что ты всеми силами держался за свой образ себя, прекрасно доказывает, насколько ты на самом деле лжив, высокомерен и пропитан жалостью к себе. Истина заключается в том, что ты совсем не хочешь познавать настоящего себя.
Ты не хочешь познавать нагваль, поскольку видишь лишь свой тональ и тот вшивый образ себя, который ты соорудил вокруг тоналя, предполагая, что это и есть настоящий ты. И при этом ты хочешь знать только то, как улучшить свой образ. Почему? Да потому, что веришь, что ты и есть этот образ, веришь, что твой образ бессмертен, и надеешься, что если тебе удастся как-то доказать это, ты сможешь и дальше продолжать иметь жизнь на своих условиях. В итоге ты действительно не видишь необходимости стереть личную историю. Зачем! Ведь она для тебя бессмертна! Иначе говоря, ты не только хочешь иметь жизнь на своих условиях, ты и изменяться хочешь лишь на своих условиях. А точнее, ты хочешь изменить только то, что, по твоему разумению, нуждается в изменении.
Так чего же ты добиваешься?
Ты - загадка, но её ты променял на жалкий образ себя, за который цепляешься ради своей нынешней миленькой жизни, - и в результате имеешь то, что имеешь. Ставя тональ выше нагваля, ты всегда верил, что сражаешься за свою свободу, а на деле сражался лишь за неприкосновенность образа себя. В итоге жизнь твоя стала пустой и бессмысленной, лишённой подлинной надежды и радости, ибо всё, что у тебя осталось, - это твоя муторная настырность в желании быть правым, имея жизнь на своих условиях. Но если ты прав, то отчего же чувствуешь себя так паршиво? Отчего в твоей жизни возник такой бардак? Но дела твои ещё хуже. Ставя тональ выше нагваля, ты не только лишал себя возможности обучения в подлинном смысле этого слова, но и отделял себя от жизни, так как именно нагваль является жизнью. А поскольку каждый из нас -частица Единой Жизни, Единого Духа, Единого Нагваля, твои действия, направленные на отделение себя, только лишь подтверждали твоё высокомерие. Если бы ты не предпочёл тональ, ты бы понял, что твой нагваль - вовсе не твой нагваль, а частица Единой Жизни. Однако в своём высокомерии и чувстве отделённости ты продолжал верить, что как частица Единой Жизни ты по-прежнему можешь иметь жизнь на своих условиях. Это равносильно вере в то, что как частица Единой Жизни ты можешь контролировать всеобщий нагваль, а значит, и можешь найти какой-то способ не просто диктовать условия, а навязывать именно свои условия!
Ты показал себя настоящим магом, а значит, по праву заслужил это объяснение, ведь оно предназначено именно таким, как ты. Мой долг как нагваля - следить за тем, чтобы ты получал своё по праву, и потому, продолжая раскрывать тебе Объяснение Магов, я поступаю совершенно безупречно. Как ты уже, наверное, начал понимать, магия ведёт к тоскливому и жалкому существованию. Ведь, так сильно желая всё контролировать, маги заканчивают тем, что полностью теряют контроль над чем бы то ни было. Взгляни на себя! Всё это время ты сражался за свою так называемую свободу! Но свободу от чего? Ты не свободен! Твой образ себя силён как никогда. Твои убеждения сильны как никогда. Короче говоря, твой разум сейчас даже сильнее, чем был когда-либо, и контролирует тебя полностью! Где же свобода, если ты жертва собственного разума? Где свобода, если ты не способен изменить собственные убеждения? Где свобода, если ты раб собственного образа себя?
Итак, то, с чем ты сейчас столкнулся, - всего лишь реальность, которую ты построил для себя сам. Ты можешь верить, что являешься жертвой обстоятельств или что в создании этого хаоса, в который ты превратил свою жизнь, тебе помогли другие люди. Но правда в том, что это твоя жизнь и, поскольку она твоя, ты должен на себя возложить полную ответственность за свои собственные действия. Среди этих действий наиболее важным было твоё упорное желание иметь жизнь на своих условиях, оно определяло течение всей твоей жизни до этого момента. Его результат - твоя непоколебимость в удержании образа себя и своей картины мира. И это желание было самым смертоносным действием среди всего, совершённого тобою по отношению к себе. Никто не вредил тебе. Никто не навязывал тебе твой образ. Ты сам его развивал, и цеплялся за него именно ты. И никто не заставлял тебя держаться за свою картину мира, это твой выбор -сохранять её. На самом деле действия других людей по отношению к тебе всего лишь отражали то, что ты делал с собою сам. Так что, кроме себя самого, тебе некого винить за то пренеприятнейшее положение, в котором ты оказался сейчас, - ловушку эту сотворил ты сам.
Всегда желая иметь жизнь на своих условиях, и цепляясь поэтому за свою картину мира, ты никогда не осознавал, что в то время, как ты пребывал в полной уверенности, что делаешь всё возможное для разоблачения своей картины мира, ты в действительности просто расширял её. Но именно это и случается, когда человек не хочет отпускать свою картину мира. Ты, сам того не желая, застрял в познанном. Да, при этом ты обрёл огромную ясность, но она относится только к познанному. Благодаря своей новообретённой ясности, ты, естественно, увидел множество перспектив, о которых раньше не подозревал. Однако, несмотря на всю свою ценность, они относятся лишь к познанному. Ты же искренне верил, что хорошо продвигаешься в разоблачении своей картины мира, но при этом лишь расширял ту же самую картину мира, которую развивал с младенчества. Поэтому все твои усилия по разоблачению своей картины мира сводились к перестройке старой картины мира, дабы сделать её больше и красивее, чем раньше. И это, по твоему убеждению, и было отпусканием старого и выбором нового. Но ты не отпускал старое, ты лишь подправлял его, чтобы оно выглядело новым.
То же относится и к твоему образу себя. Ты всегда был уверен, что твой образ и есть настоящий ты, и потому ты преклонялся перед тоналем, веря, что это и есть нагваль в тебе. Никогда не желал ты признать, что нагваль в тебе - это загадка, и в силу этого ты не можешь знать, кем и чем ты являешься на самом деле. Вместо этого ты упорно держался за веру, что твой тональ и есть ты, даже более того, что ты - поведение своего тоналя. И потому ты рассматривал все свои действия, в том числе и мысли, и эмоции, и внутренний диалог, как будто это есть ты. Ты даже не догадываешься, что твои действия, твои мысли, твои эмоции, твой внутренний диалог и всё остальное - просто результат твоего восприятия того, как твой тональ соотносится с остальным миром. Если бы ты осознал это, то понял бы, что не можешь быть своим тоналем, поскольку тональ - лишь инструмент для составления нагвалем, который и есть настоящий ты, карты великого непознанного. Следовательно, вместо того, чтобы рассматривать тональ как остров, на котором есть Всё, что тебе необходимо для составления карты мистерии нагваля, и переупорядочить свой остров тоналя для выполнения этого замысла, ты начал перестраивать его так, чтобы укрепить свою веру в образ себя, наивно полагая, что обретаешь знание подлинного себя и веру в подлинного себя.
Ты сделал всё это с помощью рассудка и разговора. И хотя на протяжении всего твоего ученичества я постоянно предостерегал тебя, убеждая, что необходимо слушать своё сердце и не поддаваться рациональности разума, ты никогда не воспринимал эти предостережения серьёзно. А поскольку ты обожествляешь свой тональ, ты никогда не хотел верить, что, слушая свой разум, ты просто покупаешься на свою картину мира вновь и вновь. Поэтому всё, что ты усваивал за время своего ученичества, имело для тебя смысл только тогда, когда соответствовало рассуждениям твоего рационального разума. И применял ты учение только таким образом, чтобы оно соответствовало твоим рассуждениям. В результате, когда я прямо говорил тебе о том, что ты просеиваешь всё через свою картину мира, мои слова были несущественны для тебя, хотя ты и соглашался с ними. Но, соглашаясь с тем, что они имеют смысл для тебя, никогда не замечал ты, как сам же и подкрепляешь свою картину мира, утверждая при этом, что ты действительно всё понимаешь - ведь ты столь открыт и прекрасно осознаёшь избирательность своего восприятия.
Ты, однако, никогда не понимал ничего, кроме своих собственных рассуждений об учении, и никогда не был открытым и непредвзятым. Твой разум, как и разум любого другого человека, открыт только для того, что, как ты думаешь, ты уже знаешь. Но то, что, по твоему мнению, ты знаешь, -это не более чем результат твоего крайне избирательного восприятия всего испытанного тобою в жизни. А так как ты веришь своему рассудку, ты никогда не ставил под сомнение своё знание, считая его неоспоримой истиной. Поэтому все концепции учения использовались тобою не для того, чтобы поставить под сомнение рассудок, а чтобы найти в них подтверждение правильности твоих рассуждений и доказать самому себе, что ты хорошо продвигаешься в своём обучении. Так, например, вместо использования таких концепций, как твёрдо стоять в своём знании, для переоценки своих существующих знаний и для изучения того, как в действительности работает твоё избирательное восприятие, чтобы стать таким образом более объективным в восприятии себя и окружающего мира, ты просто использовал их для оправдания своих, целиком основанных на избирательном восприятии, действий, направленных на поддержание картины мира и образа самого себя. В результате вместо того, чтобы твёрдо стоять в знании, что твоё восприятие избирательно и направлено на поддержание твоей картины мира, ты бестолково продолжал твёрдо стоять в своей вере в неоспоримость собственных рассуждений. В этой вере ты никогда не осознавал, что всё, что, по твоему мнению, ты знаешь, - не истина даже в отношении познанного, а просто расчленённые и фрагментированные куски, которые ты собрал, повинуясь своему рассудку, таким образом, чтобы подогнать их под свою картину мира.
Но не только твой рассудок был губителен для тебя, но также и твоя манера разговора. Ведь я предостерегал тебя не только в отношении рассудка, я предупреждал и о том, что ты должен уделять пристальное внимание свойствам слов. Ведь дело не только в том, что каждый из нас - продукт своей речи, но и в том, что речь имеет свойство как раскрывать истину, так и искажать её. Но в действительности ты только на словах признавал истинность этого аспекта учения, предпочитая потакать себе в использовании слов лишь для успокоения своего рассудка, постоянно выискивая только те ответы, которые подкрепляли бы твою картину мира, твой образ самого себя, а потому и твоё избирательное восприятие. Вновь и вновь я предупреждал, чтобы ты не принимал слова буквально, а использовал их как трамплин для раскрытия непознанного в себе самом. Но раз за разом ты позволял своему вниманию цепляться за подходящее твоему избирательному восприятию толкование слов. Поэтому вместо того, чтобы позволять словам вести тебя к тому, что не может быть выражено, ты использовал их для сохранения своей веры в то, что если ты будешь постоянно толковать себя и своё восприятие, ты неминуемо откроешь истину, которую ищешь. Но никогда тебе не приходило в голову, что при таком использовании разговора ты оставался в рамках своего рассудка и на деле искал лишь подтверждения того, что твоя картина мира верна и что образ твой может оставаться поэтому в неприкосновенности.
Итак, твои дела обстоят сейчас именно таким образом -полная неразбериха, даже большая, чем раньше. Но раньше ты не был учеником и мог всегда сослаться на своё неведение. Но теперь, благодаря учению, ты уже не можешь ссылаться на неведение. А потому, если хочешь быть честным с собой хоть раз в жизни, тебе не остаётся ничего иного, как признать: несмотря на все твои усилия, ты сейчас в #гораздо более тяжёлом положении, чем когда-либо раньше.
Твой ум, твои рассуждения, твоё использование разговора не привели тебя никуда. Более того, тебе сейчас действительно не позавидуешь, потому что ты попался в ловушку, которую собственноручно и приготовил. Как тебе уже, должно быть, стало ясно, с твоим нынешним восприятием и при том образе действий, который был тебе свойственен до настоящего времени, пути вперёд для тебя нет. Но при этом ты не можешь вернуться и к своей прежней жизни - просто потому, что никто из нас, научившись чему-то, не может взять и разучиться. Ты, возможно, познал не так уж много из того, что действительно представляет ценность. Но, как минимум, ты узнал, что твой старый путь не работает и что тебе был предложен иной путь, - пусть даже ты и разбрасывался возможностями заявить на него свои права. Ну и к чему это тебя привело?
Если хочешь, ты можешь убежать и постараться забыть, что когда-либо находил Путь Воина. Но в глубине сердца ты знаешь, что такой подход не сработает, а потому такую возможность не стоит даже и рассматривать всерьёз. Но ты всё же волен попытать счастья! Ведь в ином случае тебе придётся отыскать путь вперёд. Однако, поскольку ты не слушаешь никого и ничего, кроме своего рассудка, то для тебя существует только один путь вперёд - найти путь вперёд в обход рассудка. Какова задачка! Полный парадокс с точки зрения твоего драгоценного рассудка*. Но чем бы это ни было, это и есть твой единственный путь вперёд. Впервые с тех пор, как ты оказался на Пути Воина, ты должен будешь так использовать рассудок, чтобы он обманул сам себя и, оставив свой мелочный контроль, позволил тебе выслеживать собственное восприятие! Именно этому ты и учился с самого первого дня своей подготовки, но всё так же разрешал рассудку диктовать тебе каждое действие, каждую мысль, эмоцию и восприятие, включая и твоё восприятие неделания. Сейчас тебе придётся найти способ измениться -если, конечно, ты не собираешься навсегда застрять там, где находишься сейчас.
Как видишь, тебе мало быть пойманным в ловушку. Ты попался в неё со всеми своими потрохами, но власть рассудка над тобой более сильна, чем даже жажда свободы. Рассудок убедил тебя, что ты способен сражаться за свободу на собственных условиях. И вот как он умудрился это сделать. С его помощью ты совершенно запутался в том, где разница между тем, чего ты желаешь, и тем, что тебе нравится. И это несмотря на то, что на протяжении всего твоего ученичества я неоднократно подчёркивал: в Пути с Сердцем нет никакой романтики и, следуя за своим сердцем, воин вынужден сражаться в битвах, которых предпочёл бы избежать. Но именно здесь и возникает путаница. Ведь разум по своей природе склонен к идеализации. Он склонен верить, что мы можем выбирать, какие вызовы принять, а какие проигнорировать. Но сердце не способно лгать, и потому ему не свойственны подобные ошибочные представления в отношении судьбы. В результате разгорается внутренний конфликт, когда разум говорит одно, а сердце - совсем другое.
Всякий раз, когда твоему разуму что-то не нравится, он неизменно начинает противо поставлять себя тому, что ему не нравится, а потому сразу же пытается объяснить, почему ты не желаешь этого. Но то, что тебе нравится, и то, чего ты желаешь, - вовсе не одно и то же. Например, ты можешь очень сильно желать чего-то - неважно, чего именно, - но в то же время не находить, что это тебе действительно нравится. Это особенно актуально по отношению к Пути Воина, ведь, несмотря на то, что каждый желает иметь силу и свободу воина, никому на самом деле не нравится работать и прилагать усилия, необходимые для обретения этой силы и свободы. Однако если достаточно сильно желаешь чего-то, то будешь не менее сильно стремиться сделать всё необходимое для того, чтобы заполучить желаемое - пусть тебе и не нравится то, что ты должен делать. Конечно же, так думают очень немногие люди. Большинство предпочитает довольствоваться тем, что им нравится, и не сражаться за то, чего они желают, - даже если результат будет гораздо хуже желаемого. Ты - превосходный пример подобного поведения. Ведь, несмотря на то, что в глубине своего сердца ты очень даже желаешь жить жизнью воина, тебе не нравятся вызовы, связанные с необходимостью отпустить образ себя и картину мира. И чтобы оправдаться перед самим собой, ты позволяешь разуму убеждать тебя в том, что то, чего ты желаешь, должно совпадать с тем, что тебе нравится, а если же что-то тебе не нравится, то это означает, что ты и не желаешь этого. В результате ты загнал себя в тупик, ведь в глубине своего сердца ты по-прежнему знаешь, чего желаешь, но, поскольку вызовы, связанные с обретением этого желаемого, не нравятся твоему разуму, ты ходишь по замкнутому кругу. С одной стороны, ты не способен забыть о том, чего желаешь, а с другой - не можешь сделать так, чтобы вызовы, с которыми тебе предстоит столкнуться, нравились тебе.
Ты постоянно спотыкаешься из-за неспособности охватить разумом тот факт, что то, чего мы желаем, представляет собой выражение внутренней жажды, а то, что нам нравится или не нравится, - личные предпочтения, обусловленными рамками нашего опыта. Иначе говоря, то, что нам нравится или не нравится, - не более чем предрассудки, возникшие вследствие ограниченности нашего знания. Каким бы незначительным ни казался этот факт, именно в нём кроется единственное и главнейшее различие между воином и магом. Маги всегда попадают в сети предубеждений и потому выражают свои нужды, оставаясь в рамках предрассудков. В отличие от магов, воин, величайшая нужда которого заключается в жажде познавать, видит мало пользы в предрассудках. Поскольку он жаждет познать как можно больше, но знает из опыта, что не может иметь жизнь на своих условиях, воин обнимает всё в этой жизни с одинаковой страстью, - даже то, что ему не нравится. Воин способен на это, поскольку источник его страсти - в акте познания, а не в выражении своих личных предпочтений. В отличие от мага, для которого страсть и пристрастие - синонимы, воин знает, что подлинная страсть - дело сердца, состояние объективного осознания, которое не поддерживает предубеждённость, а, наоборот, несёт необходимую для обретения знания и свободы всеохватность.
То, что я объясняю тебе, может показаться очень простым и даже невинным. Но именно это и есть тот единственный, важнейший ключ, который всегда искали маги, да так и не нашли. И вовсе не потому, что ключ этот хранится в большом секрете и его тяжело найти, - но лишь потому, что концепция эта не поддаётся рассудку. В виде теории она очень хорошо понятна разуму, но на практике разум не в силах её принять. Магам, рабам своего разума, столь свойственно глубоко укоренившееся пристрастие контролировать всё и вся, навязывая жизни свои условия, что они просто не могут принять того факта, что желание силы подразумевает необходимость отказаться от личных предубеждений. В действительности, сохранение личных пристрастий для мага - главнейшая нужда, и, пытаясь удовлетворить её, он жаждет только лишь такой силы, которая позволит ему сполна выразить свои личные предпочтения. А потому он любой ценой добивается обретения силы такого рода. Но единственной формой силы, которая соответствует требованиям мага, является сила тоналя, называемая первым кольцом силы. Два других кольца силы не могут быть освоены при помощи разума, поскольку относятся к нагвалю, и, следовательно, находятся за пределами тоналя. Поэтому маг, будучи рабом своего разума и заботясь лишь о нуждах своего тоналя, автоматически лишает себя возможности получить доступ ко второму и третьему кольцу силы.
Однако при использовании первого кольца силы маг попадает в западню. Ведь, хотя этот тип силы действительно даёт ему способность иметь жизнь на своих условиях, маг, тем не менее, вынужден постоянно прибегать к манипулированию для сохранения контроля над своей жизнью. Но в результате возникает проблема: подобный принудительный контроль вступает в противоречие с течением жизни, а потому, чем больше ты манипулируешь, тем больше и больше нуждаешься в манипулировании. И чем мощнее твой контроль, тем труднее тебе сохранять его. Ведь сфер, которые необходимо контролировать, становится всё больше и больше. И, несмотря на то, что такой тип силы какое-то время работает хорошо, вскоре уровень манипулирования, необходимый для поддержания контроля, становится практически недостижимым, и в итоге маг лишается контроля /не только над своей жизнью, но и над самим собой. Достигнув пределов своей способности контроля при помощи манипулирования, маг слишком поздно обнаруживает, что сила, которой он обладал, оказалась безнадёжно рассеяна из-за неимоверного количества объектов, подлежащих контролю. В результате его жизнь начинает трещать по швам и распадаться на части, но, достигнув пределов своей способности манипулировать жизнью, маг не может остановить разрушение своей жизни и своей силы. Такова неумолимая судьба каждого мага - недолгий успех, который заканчивается полным крушением.
Воин же, будучи полностью всеохватным и беспристрастным в своём отношении ко всему в жизни, удивительным образом приходит к тому, что не желает ничего! Не стремясь ничего контролировать и встречая каждый вызов с открытым забралом, разумно сотрудничая с течением жизни, воин в изобилии обретает силу, которая приходит к нему незваной. В итоге воин контролирует всё, не контролируя ничего, ведь разумно сотрудничая с течением жизни, он становится всё в большей степени её неотъемлемой частью. Поскольку он является составной частью Единой Жизни, его сила становится воистину неодолимой, и с каждым встреченным вызовом, независимо от его характера, воин обретает ещё больше силы - даже когда сражение проиграно. Поэтому стойкость воина укрепляется с каждым шагом, каждое прожитое мгновение увеличивает его силу и приносит свободу. Однако это реально только потому, что воин пришёл к пониманию невозможности иметь жизнь на своих условиях и необходимости отказаться от предубеждений в пользу всеохватности, для чего нужно отпустить образ себя и свою картину мира. Другого пути нет, и это столь же просто и трудно, как и слушать и действовать в соответствии с тем, чего желает сердце, - в противоположность тому, что нравится или не нравится разуму.
Научиться слушать сердце и безупречно действовать на основе его велений можно, только когда четыре основные техники рассматриваются в качестве инструментов для осуществления желаемого, а не для поддержания предубеждений. А это возможно, если практикующий не пытается контролировать результат их применения. Однако эту концепцию маг также не в силах охватить своим разумом, ведь он склонен рассматривать всё, в том числе и четыре основные техники, как нечто, нуждающееся в контроле и манипулировании. Но поскольку мы не можем контролировать саму жизнь, то не можем и проконтролировать результат применения техник. Жизнь просто есть. И, нравится нам это или нет, в жизни все действия вызывают последствия. Четыре же техники являются не более чем четырьмя направлениями действий, которые приносят свои очень специфические результаты. А последствия этих результатов, их воздействие на паутину жизни мы можем контролировать не более чем саму жизнь. Однако, следуя по течению жизни вместе с этими последствиями и не пытаясь с помощью манипулирования навязать им свой контроль, мы, как это ни парадоксально, действительно контролируем их. Но не в буквальном смысле - двигаясь с ними в едином потоке, мы побуждаем их работать на нас, а не против нас.
Теперь ты уже многое понимаешь, и, я уверен, ясно видишь, что стоишь сейчас на решающем и наиболее трудном перекрестке из тех, которые ты когда-либо встречал в своей жизни. Я говорю о перекрестке, отдавая дань традиции, поскольку это не совсем перекресток - даже если в метафорическом смысле его и можно так назвать. Но лично я не люблю использовать метафоры в подобных ситуациях, ведь мы с тобой заняты не словесными прениями о Пути Воина.
Напротив, то, о чём мы с тобой говорим, - это вопрос жизни и смерти. Твоей жизни и твоей смерти. Поэтому я предпочитаю рассматривать то место, где ты сейчас находишься, как развилку. Ведь хотя теоретически дорога вперёд и существует, на практике этот путь ты закрыл себе по собственной глупости. Ты, конечно, можешь вернуться туда, откуда пришёл, но этот выбор вряд ли можно рассматривать всерьёз, ибо он ведёт к застою, смерти и упадку. Поэтому реально у тебя есть только две возможности: ты можешь повернуть налево или же направо.
Справа - познанное и тональ. Этот путь приведёт тебя или туда, откуда ты пришёл, или же, если ты не захочешь возвращаться в исходную точку, - прямиком на Путь Магии. Слева простирается непознанное и нагваль. Путешествие по сей тропе - не для малодушных, ведь даже само вступление на этот путь предполагает то, что называют ставкой на силу, - бесповоротный по своей сути акт. И выжить, совершив его, можно только в случае, если для человека Путь с Сердцем действительно состоит в том, чтобы на каждом повороте принимать вызовы силы, отказываясь от образа себя и своей картины мира. Если ты решишь отправиться этим путём и если принята будет твоя ставка на силу, со временем дорога приведёт тебя к целостности себя и, таким образом, к осознанию того, что подлинный ты - это нагваль, пребывающий в тонале.
Однако невозможно при помощи разума сделать ставку на силу - да ещё и так, чтобы она была принята. Ведь это не решение, не мысль, не желание и даже не мечта. Ставка на силу- это, без всяких преувеличений, акт выживания, совершаемый в момент величайшего кризиса. И если ты решишь отправиться по этой дороге, тебе придётся пройти через него. Чтобы ставка была принята, недостаточно просто сражаться за своё выживание, ведь только в том случае, если в этот переломный момент ты сумеешь услышать, о чём шепчет тебе твоё сердце, и начнёшь действовать на основе его велений, твоя ставка будет принята. Но если, делая ставку на силу, ты, поддавшись страху или честолюбию, вновь последуешь за своим разумом - сила отклонит твою ставку. Это будет для тебя непоправимой утратой, так как возможность сделать ставку на силу появляется лишь раз в жизни, а потому неудача влечёт за собой застой, смерть и окончательный упадок.
Но если к тому времени, когда ты достигнешь переломного момента всей своей жизни, ты будешь иметь достаточный объём личной силыу чтобы каждой частицей своего существа жаждать познания, в разгар битвы за выживание эта глубокая внутренняя жажда позволит тебе прислушаться к своему сердцу. В результате твои действия, идущие от самого сердца, будут безупречны и не запятнаны ни страхом, ни честолюбием. Если тебе удастся сделать это, ставка будет принята, и с этого момента жизнь твоя будет полностью преобразована. Старое соскользнёт с тебя подобно сброшенному покрову, а новое вольётся в тебя с головокружительной скоростью, вынуждая затаить дыхание и замереть в трепете, восхищении и восторге. То, что ставка принята, означает, что ничто не сможет теперь задержать твоё движение вперёд, ибо путь, лежащий перед тобой, ясно виден. Отведённое тебе время в этой жизни ты будешь продолжать заявлять свои права на силу, с каждым шагом обретая всё больше и больше свободы. Однако это вовсе не означает, что вызовы исчезнут из твоей жизни. Ведь теперь ты, должно быть, понимаешь, что для воина вызовы представляют собой единственную возможность заявить свои права на силу и свободу, - и чем более суровы вызовы, тем большие дары силы они приносят. Иначе говоря, следование Путём Воина вовсе не гарантирует, что ты обязательно выживешь под бешеным натиском силы. Но, как минимум, пока тебе будет удаваться выживать, ты будешь полностью живым, а не будешь влачить жалкое существование, загнивая на протяжении отведённого тебе на этой земле времени.
Итак, именно на этой развилке ты находишься сейчас. Ты можешь пойти направо или же ты можешь повернуть налево, но что случится потом, будет уже не в твоих руках. Как только ты примешь решение, сила так или иначе придёт за тобой, и от того, каким путём ты отправишься, зависит, выживешь ты или нет. Даже если ты повернёшь налево, твоё выживание будет зависеть от того, удастся ли тебе сделать ставку на силу и примет ли сила твою ставку. Но, в конечном счёте, как ты видишь, выбора у тебя нет - даже если твой рассудок и пытается убедить тебя в том, что ты имеешь право выбора. Однако в действительности выбора никто из нас не имеет. Максимум, на что мы можем надеяться, - это право выбрать цвет рубашки, в которой нам предстоит встретить свои вызовы сегодня. За исключением подобных тривиальностей, выбора у нас нет. Всё, что у нас есть, - это жажда прожить достаточно долго для того, чтобы научиться достигать нагваля. Но тебе следует самому решить, испытываешь ли такую жажду ты. Если да, и ты желаешь удовлетворить её, то в тот же момент ты должен решить повернуть налево.
Такова твоя битва. И сейчас ты находишься на самом удивительном перекрестке изо всех, на которых только может надеяться оказаться человек. Толтеки называют этот перекресток просветом к свободе. Ты можешь воспользоваться этим просветом или же лишиться его, но в любом случае тебе предстоит принять решение. Решение остаться в познанном или же решение воспользоваться шансом войти в непознанное. Но прежде чем ты примешь это решение, я должен передать тебе ещё одну часть Объяснения Магов. Толтеки называют эту часть вратами в мир нагваля.